В последние годы джаз так усложнился, он так много вобрал в себя приёмов современной академи-ческой и этно-музыки, что, кажется, стал понятен только профессорам консерваторий. Особенно отличились в отпугивании слушателей от джаза наши саксофонисты-колтрейнис-
ты, последователи саксо-
фониста Д. Колтрейна, которые готовы часами импровизировать и само-
выражаться и во время их игры ты себя чувствуешь, как трезвый среди пьяных. Им хорошо: они приняли и без конца самовыражаются и балдеют, а тебе не налили и ты сидишь как дурак, абсолютно трезвый, и слушаешь их бесконечное пьяное бормотание типа «Ты меня уважаешь?» Я помню, однажды у меня с колтрейнистами случилась такая же ситуация, как у моего знакомого композитора, который, соблазнившись большими деньгами, согласился писать порно-оперу. А в либретто все сексуальные объекты и действия выражены прямым текстом, типа того, что можно встретить на заборе. Через месяц он, плюнув на все деньги, отказался от проекта, ибо обнаружил, что совсем перестал реагировать на женщин. «А в жизни так мало радости – сказал он мне, - что потеря радости контакта с женщиной делают жизнь пресной и бессмысленной».
Жизнь одной из самых известных эстрадных певиц России со стороны может показаться праздником. Праздников, конечно же, немало, и созданы они тяжёлым трудом и огромными усилиями. Лариса Долина – самородок. Её «консерваториями» стали подмостки ресторанов и многочисленные концертные площадки по всей стране. Эта певица пробивалась на Олимп собственными силами, и ей повезло, что в нужный момент рядом с ней оказались такие люди, как Анатолий Кролл и её муж – продюсер Илья Спицин. Российская пресса даёт ей очень высокую оценку, называя универсальной исполнительницей, способной петь и эстрадную, и джазовую, и академическую музыку. В истории мировой современной музыки универсальность такого типа я встречала только у инструменталистов. Но, может быть, журналисты правы? Давайте в этом разберёмся. Вначале небольшой экскурс в прошлое певицы.
1978 год. Сочи. Долина работает в ресторане «Жемчужина» и одновременно участвует в конкурсе эстрадной песни. Один из членов жюри – Анатолий Кролл. Лариса попросилась на работу в его биг-бэнд «Современник». Именно Кролл выявил редкую джазовую природу её одарённости и повлиял на её формирование как музыканта.
...страшный произвол царит сейчас во всей вселенной, диалектический осёл глуп так же,как обыкновенный.
Н.Эрдман,В.Масс (отрывок из басни)
Хотелось бы начать так: «Раннее утро. Панорамная съёмка просыпающейся деревенской природы. И вдруг в тишину врываются звуки «Марша весёлых ребят», расцветает симпатичная улыбка молодого Утёсова, а вместе с этим появляется чувство лёгкости, полёта и радости...».
Но очарование советской романтики 30-х уходит на второй план, когда углубляешься в раздумья о природе этого кинофеномена. Его появлению сопутствовало сложное переплетение политики, личных симпатий, профессиональных взглядов и вкусов. Как удалось с первой попытки создать кинокомедию международного уровня, которая вместе с тем соответствовала менталитету, вкусам и восприятию юмора соотечественников? Что происходило «за кулисами»? И, наконец, почему эта кинолента, сделанная более 75лет назад даже у искушённого современного зрителя по-прежнему вызывает улыбку и смех?
2 декабря, после продолжительной болезни умер джазовый пианист Григорий Шабров. (1946-2010) Он стал известен в Москве в 70-х годах, как участник сенсационной джаз-рок группы Виталия Клейнота. В то время группа Клейнота играла в джаз-кафе «Молодёжное» и в неё Гриша пришёл после армии, заменив Валеру Котельникова и Виктора Фридмана, которые играли у Клейнота поочерёдно т.к. должны были совмещать игру в группе с научной работой. В то время Виталик, первый в Москве, начал эксперимент с джаз-роком и тогда пригодился композиторский талант Гриши. Вот как я об этом писал в статье «Возвращение легенды»: «Если в 60-х годах на московской джазовой сцене царили музыканты, исповедующие джазовый стиль «мейнстрим», и они группировались вокруг кафе «Молодёжного» на улице Горького, то в 70-е годы, когда появился джаз-рок и музыкальные интересы московских джазменов сместились в сторону этого стиля, - тогда главным бендом города стала джаз-рок группа Виталия Клейнота. В ней, как в американской джаз-рок группе «Чикаго», было семь человек: духовая группа - труба, саксофон, тромбон, и ритм секция – орган, гитара, бас-гитара и барабаны.
Читать далее
Родом из Милуоки, США, Дэвид Хезелтайн добился успеха на нью-йоркской джазовой сцене не один, а два раза. Каждый из этих раз он развивал свою карьеру, получая уважение певцов и музыкантов, как величайший аккомпаниатор. А с выпуском ряда альбомов, которыми он руководил, Хезелтайн зарекомендовал себя как более артикулированный и технически ловкий пианист.
Обычно известный своей straight-ahead акустической фортепьянной работой, Хезелтайн расширяет свои границы, работая сейчас на органе Хаммонда B-3, таким образом, возвращаясь к своему первому инструменту.
Параллельно Хезелтайн продолжает работать со своим трио, состоящим из Питера Вашингтона на басу и Луиса Хаейса на барабанах. И вместе со своим составом трио Хезелтайна записывалось с Эриком Александром, который играет с Хезелтайном в совместной группе One For All. «The Classic Trio Meets Eric Alexander» подтверждает работу музыкантов, которые не только создали свои собственные голоса, но и чувствуют себя комфортно, играя друг с другом. Их поддержка друг друга и обмен идеями создает коллективный ритм, который отличается от других.
Читать далее
